August 23rd, 2012

Еще про чувство вины

Оригинал взят у anna_paulsen в Еще про чувство вины
Про паталогическое, а не про нормальное.

В гештальте есть такое понятие, если кто не знает, - слияние (или конфлюэнция). Оно буквально означает отсутствие границ между двумя людьми или между одним человеком и окружающей средой. Это отсутствие границ проявляется в том, что человек не соизмеряет разницу между своими желаниями, потребностями, значениями, смыслами, ресурсами, возможностями и чужими желаниями, потребностями, значениями, смыслами, ресурсами и возможностями. То есть глядит на мир и на другого человека через призму своих личных особенностей. При этом все, что мы не знаем про себя (не замечаем за собой), хорошего  или плохого, мы проецируем во вне. Грубо говоря, "судим по себе".

Вообще само по себе слияние не является паталогией, потому что мы и в самом деле очень похожи. Оно не отражает реальности не в целом, а ситуативно, в момент "здесь и сейчас".

Так вот, про чувство вины. Патологическое чувство вины, то есть неисправимое, жгущее человека изнутри, - часто является следствием слияния, той самой несоизмеримости чужого желания и своих возможностей. Например, можно чувствовать себя виноватым за то, что другой человек обиделся на наши слова, или что я не соответствую его ожиданиям. В этом смысле ожидания не соответствуют реальности, раз мы им не соответствуем. И все. И другой человек, обвиняющий, не в курсе, где реальность, а где его вымышленный мир, его представление о реальности. Соглашаясь соответствовать его ожиданиям, мы поддерживаем его иллюзию о наших возможностях и ресурсах, помогаем ему верить в нереальное. Такое чувство вины возникает, когда я сам не в курсе про свои возможности и ресурсы. То есть нас тут двое в вымышленном мире, и мы вдвоем эту иллюзию поддерживаем.

За этой иллюзией, ожиданиями, возлагаемых на другого человека, тоже лежит дезориентация в собственныз ресурсах и возможностях, например, убежденность в том, что я не могу с чем-то справиться сам, и тогда я свою задачу делегирую другому, типа, он-то справится.

Камнем преткновения тут является одиночество. В одиночестве действительно очень трудно справится с чувствами, уносит. Но вместо того, чтобы пользуясь неодиночеством рядом с другим человеком, пользуясь его поддержкой, чтобы справиться со своими чувствами, люди выбирают (неосознанно конечно) переложить задачу справиться с чувствами на человека рядом. И тогда неодиночество становится средством не решить проблему, а переложить ее на другого. Именно поэтому близость бывает так тяжела.

Не обвинять кого-то, себя или другого, можно лишь дав себе и ему право быть беспомощным в том, чтобы быть больше, чем мы есть. Фактически мы беспомощны перед собственной природой. Когда я даю его другому, я перестаю от него ожидать невозможного. Когда я даю его себе, я перестаю ожидать от себя нереальных способностей, которые могут быть полезными другому. И тогда мы вместе можем придумать, как нам быть, основываясь уже не на иллюзиях о наших ресурсах и возможностях, а на том, что есть в реальности. И это надежнее, как вы понимаете. Разница примерно такая, как покупать дом за большие деньги, которых у меня нет или за те деньги, которые у меня есть в наличие.